О поиске СВОЕЙ истины

Именно с Зеланда у меня в 2009 всё и началось 🙂 Поэтому привожу его цитату. Он бесконечно прав. Очень прав.

«Как же получить доступ к Информации?… — не­обходимо всего лишь перестать искать истину в чужих книгах, другими словами, перенаправить вектор намерения. До тех пор, пока ваше намере­ние направлено на то, чтобы учиться, вы будете пребывать в положении вечного студента и всю жизнь ходить за дядей, который, как вам кажет­ся, умнее вас. Но стоит вам отвернуться от при­знанных авторитетов и взять на себя смелость от­ныне самому отвечать на постав л енные вопросы, как ответы не заставят себя долго ждать.

Букваль­но, столкнувшись со сложной проблемой, нуж­но сформулировать вопрос и дать себе время на его решение. Увидите, ответ придет сам — он уже есть в пространстве вариантов, ваша задача со­стоит в том, чтобы вознамериться получить его самостоятельно. Разум формулирует вопрос, а душа, имея доступ к пространству вариантов, находит ответ. Нужно только прислушиваться к голосу сердца, которое говорит на языке интуи­ции. Так, подключившись к соответствующему сектору пространства вариантов, можно делать открытия, творить новое, создавать шедевры. Единственное требование — для того чтобы «на­строиться» на нужный сектор, необходимо по­лучить элементарные знания и навыки в данной области. Я тоже некоторое время увлекался эзотерикой, но сам стал писать только тогда, когда перестал искать истину в чужих книгах.»

/Вадим Зеланд/

Ах, Одесса. 2013

Одесса. Поздний вечер. Аэропорт. Заказываю такси. Оператор сообщает:
— Ждите, через пару минут подъедет зеленая машина.
Действительно в темноте среди кучи сигналящих таксистов еле различаю что-то похожее на темно-зеленую Део-Нексию, ака одесский москвич.

— Это заказ до Привоза? — спрашиваю я, одновременно ставя сумку на переднее сиденье.
— А я откуда знаю!? — весело возмущается таксист.
— ?!? Ну машина же у вас зеленая?… — недоумеваю я. — И на всякий случай рассматриваю ее еще раз снаружи.
— Какая разница! Садитесь!

Я почему-то очень доверительно плюхаюсь на переднее сиденье и ставлю свою женскую сумку к себе на колени. Таксист таращит на меня глаза и с нескрываемым возмущением выдает:
— Это ещё зачем!?…
В какие-то доли секунды, откидывая мысль о не понравившейся ему моей сумочке, я догоняю, что речь идет о ремне безопасности.
— У нас так не принято, — продолжает он на полном серьезе. Ну разве что Вы хотите вытереть с него наконец-то пыль? Об себя, конечно…
— Пожалуй, я вытру! — говорит во мне внутренний голос европейской безопасности и — что уж таить — инстинкт самосохранения.

Мы трогаемся, и — о Боже! — мне слышатся до боли знакомые нотки блатной лирики.
— Какая у Вас музыка! — не скрывая своего восторга, пищу я.
— Шо, не нравится?
— Дык наоборот! Как бальзам на душу — я ж дитя «Владимирского централа». Орск — Отдаленный Район Ссыльных Каторжников, — поясняю я.
— Аааа! — улыбается таксист и, не скрывая своего счастья, врубает свое радио Шансон на всю, как говорится, Дерибасовскую.

Нашу зэко-лирическую идиллию в стенах одесского москвича нарушает красный свет светофора и НЕ поворачивающие на этот же красный свет пацанчики в раздолбанной машине справа от нас. Шансоно-таксист перетягивается через меня, открыв предварительно мое окно, и орет пацанчику за рулем:
— Дебил, открой окно! — жестикулирует он.
Пацанчик — как впрочем и остальные три мордахи в соседней машине — таращится на МОЕГО таксиста с выпученными и испуганными глазами.

— Ты шо, дощечку не видишь?
— Какую дощечку? — офигевает малой.
— Какую?! Что поворот направо на красный разрешен! Глаза разуй!
— Ну я не видел… — пытается оправдаться молодой водитель.
— Очки значит, купи! — орет таксист, резко подрезает эту группу молодежи, одновременно закрывая мое окно, и мы уходим направо на красный свет.

— Ну молодой же еще, — хихикаю я.
— Ну так я его и учу ездить! Я ж не ругаюсь!
— Аха… — не нахожусь ничего возразить я.

— Ну что, у вас есть СВОЙ Майдан? — интересуюсь я
— Да Вы шооооо, пытались там че-то, но быстро разогнали. Это ж Одееееесса, — протяжно поясняет таксист.
— А в Киеве буран, метёт! А здесь хоть бы хны! Наверно, это всё морской бриз?
— Наверно! — оживленно поворачивается ко мне одессит. Это же Одесса! — еще раз объясняет он непонятливой Кате, будто упрекая ее в том, что она еще не вкурила, что здесь все по-особенному. — От весь прошлый год же ж как: везде снег, метет, а у нас — хорошо! У нас и работа всегда есть! Это ж каким надо лентяем быть, шоб в Одессе работу не найти. Она же не виновата, что вокруг нее Украину построили!!

После пары еще таких «красных» перекрестков передо мной внезапно открывается вид на огромное здание, похожее то ли на Дом Пионеров, то ли Советов, с высоченными колоннами, на котором ярко-красными буквами светится слово «Родина».
— Ооо! А что это такое — Родина? — как-то по-странному ставлю я вопрос.
— Это кинотеатр! — с неописуемой гордостью и спокойствием произносит одессит. У нас и «Москва» есть. — И я узнаЮ в его голосе кота Матроскина об умении вышивать и «на машинке тоже».

Во время — скажем так — нашей не совсем медленной поездки мое подсознание подмечает, что оказалась я где-то там, где не была давным-давно…словно в детстве. «Ты никогда не была в Одессе раньше» — сухо констатирует факты мой разум, но быстро догадывается, что говор таксиста- одессита — из старых телепередач и что Мы попали в Советский Союз. Улицы, старые трамваи, обшарпанность известковых зданий 70-х годов…

— Слушайте! У вас тут прямо сохранилась какая-то самобытность советских времен, даже, можно сказать, нетронутость!
— Аха. Непорочная Одесса, — ехидно подмечает таксист, но весь его волос, вся его до мозга костей одесская сущность выдает необъятную гордость за то, что он здесь живет и что все это родное, ЕГО. «И тропинка, и лесок, в поле каждый колосок…» — вспоминаются строчки из Брата-2.
— Вы такой клевый таксист! — с нескрываемыми эмоциями вскрикиваю я, расплачиваясь и выходя из — Да, однозначно ЗЕЛЕНОЙ! — машины. Прямо перед отелем на рельсах дремлют старые заброшенные трамвайчики (которые на следующее утро, к моему удивлению поедут на «работу»), а по телевизору в моем крошечном номере показывают «Незнайку», «Алису в стране чудес» и прочие старые, давно забытые мультфильмы, вызывая в моем сознании воспоминания об утренних зимних сборах в школу в начальных классах. Когда холодно, темно, за окном снег, и тебя спасает только горячий чай, уже приготовленная мамой школьная форма со звездочкой октябрёнка, гамаши, завтрак и … эти вот самые мультики.

Здравствуй, Одесса!
декабрь, 2013

П.С. Народ в Одессе ну очень приветливый и дружелюбный. Искала туалет, пока ходила по пристани, мне одна женщина посоветовала зайти в больницу, надеть бахилы на входе, налево и мол найдете. Так и было. Покормила колбасой дворовых собак. Купила маме магнитик с Потемкинской лестницей. Покаталась на троллейбусах, где кондукторша весело воскрикнула, что от меня очень вкусно пахнет КОФЕ. Зашла в церковь Пантелеймона, купила бабушке календарик. Купила на рынке теплые варежки, т.к. руки при минус 18 просто коченели. И заодно потом купила целых три килограмма безумно вкусных мандаринов, откуда-то с югов.

Индивидуализм. Сознание. Еда…

С тех пор, как я позволяю себе ничего не делать, когда мне не хочется, не ходить куда–то, чтобы просто провести время, чтобы яко бы жизнь «мимо не проходила», не инициировать какие–то разговоры, не привлекать внимание, дабы подчеркнуть свое так называемое место в жизни, свою «интересность», важность итд, индивидуальность начинает проявляться сама, даже если я (=ум) этого совершенно не хочу, а хочу оставаться незаметной и в тени. Т.е. какая–то странная закономерность: чем больше я хочу выделяться, тем больше я сливаюсь с толпой и кажусь себе некудышной; и чем больше я хочу раствориться, быть «никем», тем больше автоматически привлекается внимание к моей персоне и тем больше я кажусь другим белой вороной

И то ли в связи с моим экспериментом, то ли с моим питанием (по принципу: ты есть то, что ты ешь…), то ли в системе это все работает, у меня как будто бы «очищается» сознание. Не ум, а именно сознание. Я раньше не понимала этой разницы – да и откуда бы мой ум мог увидеть разницу между собой и чем–то более развитым 🙂 Это действительно сложно объяснить словами, категориями ума, но это словно вспышка света в темном тумане, словно глоток чистого воздуха в годами накопленном смраде… Это объективная оценка каких–то событий, четкое видение устройства какой–то системы со стороны, без примеси Себя там.

Вся жизнь, наше устройство здесь укладывается в голове (или еще где) как будто по полочкам… Что все, что касается духовности человека – это и есть Отец, Бог, а все, что касается «осязаемой» жизни: тело, пища, здоровье, организм человека – это есть Мать, Природа. И лишь прислушивание так сказать к обоим «родителям» делает человека гармоничным, полноценным, здоровым, осознанным, Живым, делает возможным его приближение к Бесконечному, к Вечности, к такой таинственной Вселенной… И развитие одного (тела или души) неизбежно тянет за собой развитие другого. Это настолько просто, но настолько гениально, когда не просто понимаешь это, а ОСОЗНАЕШЬ.

Пьяный ум

В честь праздника 8 марта мне «подУМалось» сходить–таки на вечерину–дискотеку. Как же отчетливо, несмотря на алкоголь, – который я кстати, уже давным–давно не пила, а уж тем более в ТАКИХ количествах, – можно наблюдать рвения ума. Как мне Бина говорила в углубленном Прочтении, «тебе кажется, что твоя жизнь – это сцена, это эмоции, королева дискотек итд». Я на самом деле не такой уж ярый поклонник дискотек, но если иду, то стараюсь «выложиться» на 200% – это значит, со всеми причиндалами моего ложного Я:

– мне хочется, чтобы на меня смотрели
– я одна из первых рвусь на «сцену», то бишь танцпол
– меня ОЧЕНЬ огорчает, когда ко мне никто не подходит и я остаюсь незамеченной
– меня огорчает, когда другие (простые знакомые, так сказать) думают, что я не часто кручусь в этом обществе так сказать, и не представляю большого значения так сказать
– меня реально тянет в это иллюзорное high society, хотя в глубине души я чувствую: на хера мне это ваще сдалось?!?!?
– мне хочется, чтобы меня знали и узнавали, и подходили сами…

И то разочарование, горькое разочарование, которое я пережила вчера, не передать словами. В какой–то момент, после 5 бокалов вина, когда Катя уже еле стояла на ногах, в голове сработал СТОП–кран эдакий, который просто поднял тело с дивана, в считанные секунды понес его в гардероб и с такой же скоростью на энерции – к выходной двери. На автопилоте схватив розочку, подаренную при выходе из диско, я шла по мокрой ночной улице под мелким моросящим дождем, с глазами, полными слез…

И я не понимала, почему мне хочется рыдать. Что это: жалость к себе, что тебя не замечают ТАК, как бы тебе этого хотелось, что не восхищаются тобой ТАК, как бы тебе этого хотелось, что НЕ выделяют из толпы, а просто приравнивают к серо–черно–белой, хоть и празднично разодетой массе, разочарование, что я тут НИКОМУ не нужна. Ну зачем мне это внимание, зачем это признание, нужность кому–то? Зачем мне все эти люди, чужие, НЕмои люди?

Шла и думала: алкоголь настолько сильно открывает где–то в башке какие–то центры, вскрывает и активирует какие–то связи, нейронные соединения. Мне всегда казалось раньше, что алкоголь делает нас такими, какие мы есть (Что у трезвого на уме, у пьяного – на языке) на самом деле. Вот именно: он делает нас такими, какие мы есть в нашем УМЕ. Наверно, он очень подавляет мои «истинные» центры, словно приглушает, и наоборот, достает из самых глубин боль, страхи, ненависть, неприязнь всего Ложного Я – все всплывает на поверность. Но не в прямой, а в какой–то извращенной форме. И это ОЧЕНЬ неприятно… Как ковырять уже вроде как засохшие болячки на коленках, и они кровоточат по–новой…

Неужели чем дальше эксперимент, тем больнее?…
Неужели идешь глубже и глубже?…
Неужели тебя забрасывает все дальше в прошлое, которое уже давным–давно стало неосознанным?…

Мне в первый раз реально ОЩУТИМО стало страшно…сегодня утром при осознании, конечно. Насколько бессознательны и забиты в настолько дальние углы все страхи и страдания ложного Я, и ведь не менее страшно их оттуда вытаскивать…

Другие друзья

Спустя уже более трех (а может, и пяти – теперь уж и не знаю) недель мое тело слабо как–то откликнулось на встречу с друзьями. Они, конечно, были рады меня видеть, мы чудесно все вместе посидели, поужинали, попили винца… Но то ли они мне какие–то чужие друзья, то ли я теперь какая–то ТАМ чужая. Они словно из прошлого, из моего прошлого…Смотрю на них как со стороны, как белая ворона, они вроде бы такие же, но я бесконечно далеко от них или они от меня…Разговоры о работе, о планах, куда поехать, что вместе сделать, кто как учится кататься на лыжах (ну как же так, здесь же Альпы, НУЖНО просто уметь кататься на лыжах, а когда уже начал работать и более–менее появилось что-то в кошельке, просто ОБЯЗАН 🙂 Видно, как кто–то начинает доказывать себя, пытаясь перекричать и привлечь к себе внимание разговором о том, что я–то еще и на сноуборде пробовал, это ваще еще круче! Ах, вы были в кино?! Ооо, это же этот последний фильмммм, я о нем читала, да–да, там же то и се…

Я наблюдала за собой, что когда меня спрашивали, я начинала чем–то делиться, своими какими–то переживаниями, внутренними изменениями итд…и потом отчетливо замечался момент, когда я еще и к сути не подобралась, что хотела сказать или о чем спрашивали, как разговор переключался уже на другую тему, кто–то начинал уводить в сторону, что–то рассказывать итд. И я замолкала, конечно. Т.е. по сути МОИ переживания настоящие никому на хрен неинтересны и ваще не нужны. Вопрос просто для коммуникации, а не для понимания… В эти моменты мне сразу вспомнились слова о том, что НИКТО не заинтересован в том, чтобы спрашивать генератора: хочешь это, хочешь то?… Мне просто сказали: ну вот сидишь ты так в своей включенности или выключенности, ниче не делаешь…на работу тебе не всегда хочется идти. Слушай, да ты ПРОСТО ЛЕНИВАЯ (хохот…)!!!!

Да, – отвечаю я, – так и есть, я просто охеренно ленивая…
– хм, ты наверно, неправильно учиться пошла, тебе бы надо было в музыкальную высшую школу какую–нить или в искусство, вот там как раз такое окружение, которое бы тебя более–менее понимало… Что не надо каждый день ходить на работу, что надо ждать какую–то там музу, вдохновение… а тут среди нас тебя мало кто поймет…
– да, наверно… Я в последнее время вспоминаю себя маленькой, что я любила делать…Ведь я хоть и была достаточно коммуникативным ребенком, но мне очень нравилось и сидеть одной в комнате: рисовать, шить или вязать куклам, записывать какие–то стишки, читать в конце–концов, слушать музыку…
– у тебя в детстве травмы никакой не было? ну что тебя не любили там итд…
– *(занавес)*

После чего разговор опять куда–то сместился в сторону «ой девочки, а мы решили, что нам до 30 обязательно надо родить…не хочу я быть СТАРОЙ мамой!…», а я засобиралась домой… Есть странное ощущение, что мне НУЖНО было туда сходить, чтобы понять, насколько далеко расплываются друг от друга наши льдины, глыбы жизни. Что моему уму это все хоть и нравится: хорошая работа, достаток, друзья, НОРМАЛЬНЫЕ отношения с мужчиной, поездки куда–то вместе в горы, отдыхать, лыжи, все дела… Но внутри меня тошнит от этого… Я чую другую сторону медали этой жизни, эту мистику, эту загадку, эту бесплановость, это чудо… И я хочу туда. Даже если страшно. Мне хочется плакать от того, что я НЕ ЗНАЮ, что ТАМ… Прям ломка какая-то!

Я просто предполагаю, что там и есть то, что кто–то когда–то назвал внутренней свободой. Не просто делать то, что тебе хочется, – а делать то, что хочется твоей Душе, всей твоей Сущности, всему твоему Я, всему Тебе…